$ 64,3    € 69,42   
Новости

"Спасибо и на этом" – гендиректор БГЭС о прямых договорах в ЖКХ

, ИА "Амител"
Интервью с гендиректором Горэлектросети Иваном Василиади

Фото: Delovoysaratov.ru

Способны ли прямые договоры между жителями и РСО совершить революцию в сфере ЖКХ, станет ли законопроект панацеей от долгов и успеют ли федеральные чиновники выполнить наказ президента и принять закон до 1 марта? На эти и другие вопросы в прямом эфире радио "Эхо Москвы" в Барнауле ответил генеральный директор Барнаульской горэлектросети Иван Василиади.

Когда ждать дня Х

Корреспондент: Иван Данилович, на какой стадии сейчас находится законопроект о прямых договорах и успеют ли его принять до 1 марта?

Иван Василиади: Формально сейчас законопроект находится на завершающей стадии, со дня на день должно состояться его второе чтение. С высокой долей вероятности закон примут. Хотя, с другой стороны, в середине января уже было распоряжение премьер-министра Медведева о том, что закон должен быть принят до 1 февраля. 1 февраля благополучно миновало, ничего не произошло. Остается надеяться, что решение президента, хотя бы в части сроков, будет выполнено.

Корр.: Чиновники называют этот законопроект чуть ли не панацеей от всех проблем ЖКХ, управляющие компании воздерживаются от оценки, а как вы можете его оценить?

И.В.: Панацеи не существует. Есть более или менее верные решения для разной степени сложности задач. Поскольку Барнаульская горэлектросеть практикует схему прямых договоров и прямых расчетов уже много лет, мы можем говорить и оценивать объективно эффективность этих расчетов. Те люди, которые подвергают сомнению ту мысль, что это правильный подход, когда потребители должны иметь прямые отношения – и договорные, и финансовые с ресурсоснабжающими организациями, они, скорее всего, пребывают в неком заблуждении, поскольку опыта у них нет или у страха глаза велики. У нас опыт большой, мы можем говорить, что это не панацея, но очень эффективный механизм.

О редких птицах и чужих карманах

Корр.: Как так исторически сложилось, что между ресурсоснабжающей организацией и жителями возникли посредники в виде управляющих компаний?

И.В.: Исторически такого посредника не существовало вовсе. До принятия Жилищного кодекса все услуги оплачивались по месту их предоставления: за воду — в водоканал, за свет – в Горэлектросеть. С принятием кодекса была сформирована, на мой взгляд, надуманная и не совсем эффективная модель движения денежных средств, когда центром всей системы стала управляющая организация, которая, с одной стороны, замыкала на себе все денежные потоки, а с другой стороны, к ней не было предъявлено никаких требований с точки зрения обеспечения обязательств, которые она принимает на себя как сторона договора с ресурсоснабжающей организацией. Грубо говоря, возврат денег на сегодняшний день нам, поставщикам услуг, ничем не обеспечен. При этом платежная дисциплина на уровне 90% – прямой путь к банкротству управляющей компании. Однако в нашем законодательстве есть масса нюансов для того, чтобы копить долги и уклоняться от процедуры банкротства. Но, как известно, редкая птица долетит до середины Днепра. Буквально на днях прозвучала новость об очередном директоре управляющей компании, которого посадили в тюрьму. Посадили по-настоящему. Мы тоже с ним работали, но у нас ничего не украли, потому что мы вовремя перешли на прямые договоры и прямые расчеты. У этой компании даже гипотетически исчезла мысль каким-то образом запустить руку в наш карман.

Корр.: И много в вашей практике таких управляющих компаний, которых вы успели перевести на прямые договоры?

И.В.: Их на рынке ЖКХ Барнаула достаточно много. Эти компании бьются, чтобы удержать финансовые потоки, проходящие через них. Несмотря на то, что расщеплением платежей занимается система "Город", местные умельцы умудряются найти дырочки, через которые миллионы рублей просачиваются и оседают не там, где должны быть. Далеко ходить за примером не надо. Госпожа Нагайцева и компания "Уют и согласие", через ее кассу жителями были оплачены почти на миллион рублей исполнительные листы, которые к нам не поступили. И этого достаточно, чтобы стать фигурантом уголовного дела и пополнить коллекцию Остапов Бендеров от ЖКХ.

Выбор оставили за гражданами

Корр.: Иван Данилович, возвращаясь к прямым договорам, теперь собственники должны будут сами решить, кому платить – напрямую или через посредника?

И.В.: Мы можем рассуждать только о последней версии законопроекта. В ней действительно в качестве основного инструмента перехода на прямые договоры рассматривается решение общего собрания жильцов. На мой взгляд, это неправильно и нелогично и совсем не отвечает интересам той идеи, которую Владимир Владимирович Путин продекларировал, причем совершенно недвусмысленно, когда сказал, что управляющие организации должны быть исключены. Должны быть исключены – в моем понимании и в общей логике этого процесса - на системном уровне, а не на каких-то условиях, когда кто-то что-то решит или не решит. Сегодняшняя редакция закона – это попытка узаконить де-факто существующие правоотношения в виде прямых договоров, которые у нас были реализованы. Это тот компромисс, который никого не устраивает. Нас он не устраивает в первую очередь потому, что мы не движемся вперед в вопросе исключения управляющих организаций из системы платежей. Тех самых злостников, самых опасных, самых, кого бы мы очень хотели исключить. У нас такой возможности не добавляется.

Корр.: И тем более слова президента "должны быть исключены" — это вполне конкретное указание.

И.В.: Мне тоже так показалось. Я искренне обрадовался, когда это услышал, подумав: ну, наконец-то у нас появился настоящий, солидный, серьезный и самый главный союзник в вопросе прямых договоров, который понимает, как это должно быть устроено. И тут мы получаем опять какое-то продолжительное раздумье наших законодателей, мучительные сомнения, которые сводятся в конце концов к тому, как бы не оставить потребителя один на один с монополистом.

Монополия на честность

Корр.: А действительно, как? Простому обывателю может показаться, что сотрудничать с управляющей компанией куда проще, чем с таким монополистом, как Горэлектросеть.

И.В.: За примером далеко ходить не надо. Межрегионгаз. Монополист? Да, монополист. Один на один с населением всегда был? Да, один на один всегда был. Кого-то это смущает? Никого. Но когда речь заходит об электричестве, тепле и воде, все начинают бояться остаться один на один с монополистами. Да у нас столько контролирующих органов, что пальцев рук не хватит сосчитать. Все защищают интересы граждан. Управляющая компания ответственность несет постольку-поскольку. Попробуйте ее заставить без суда сделать перерасчеты. Кроме того, управляющие компании приходят и уходят, РСО остаются постоянно.

Корр.: Поработав с вами, хоть один абонент попросился обратно в управляющую компанию?

И.В.: Никто не жалуется. По крайней мере, так, чтобы говорить: а давайте мы вернемся в управляющую компанию обратно. Да, есть споры. Кто-то хочет платить, кто-то считает, что электричество — это очень дорого, и платить не хочет, кто-то не может… Всякие бывают люди. Мы открыты для диалога, и мы всегда на месте. Хотя в этом плане мы для некоторых потребителей являемся опасностью. Управляющая компания одна пришла, другая ушла, а ты остался должен той компании, которая обанкротилась, и тебе долги списали. Горэлектросеть же всегда на своем месте, и, более того, она все время ходит и спрашивает: когда отдашь деньги? Когда отдашь деньги? Но мы же говорим о честном ведении бизнеса, мы не говорим о том, как нам друг друга обмануть. Мы говорим о том, что для честного ведения бизнеса лучше всего подходит Горэлектросеть. Мы оказываем услуги, а вы нам честно платите.

Быть ли революции?

Корр.: Тем не менее законопроект о прямых договорах можно назвать революционным для системы ЖКХ, или это очень громкое слово?

И.В.: Барнаульская горэлектросеть всегда работала по такой системе, и для нас данный законопроект не является революционным. Для нас он является подтверждающим фактором, что мы были правы и делали все правильно, закон не нарушали. Другое дело, что поставщики воды и тепла тоже попадут в историю с прямыми договорами, и для них, возможно, он может являться революционным. Очень немногие работали по схеме прямых договоров. Для водоканалов по всей стране это, безусловно, революция, для них это возвращение своих водосбытов и, соответственно, теплосбытов. Революция — это с точки зрения их внутренних бизнес-процессов. Однако после их реализации, я уверен, как в нашем случае, так и в их случае, прямые договоры повысят собираемость денег и уменьшат финансовые потери.

Корр.: Если представить, что законопроект 1 марта уже утвердят, Барнаульская горэлектросеть готова к системе прямых договоров?

И.В.: Весь секрет в том, что мы с нее никуда не переходили. В 2012 году эта ситуация немножко пошатнулась, поскольку появился ОДН. Тогда управляющие компании начали говорить: а давайте мы лицевые счета заберем себе, нам будет так проще. Пять лет назад для себя мы приняли стратегическое решение, что мы забираем вообще все, что хорошо или плохо лежит. И мы начали переводить на прямые договоры и ТСЖ, и управляющие компании, которые были к этому готовы. Этот процесс проходил активно в течение трех лет. К 2015 году вся ситуация стабилизировалась и процесс перехода на прямые договоры уже носил точечный характер. Все управляющие компании Барнаула разделились на две разные по размеру группы. Одна, большая – это те, кто отдал нам все лицевые счета или не отдал, а они там были и они не стали их забирать. Вторая группа - это те, кто продолжил работу по классической схеме, изложенной в Жилищном кодексе. То есть эти управляющие компании все деньги проводят через себя или расщепляют через систему "Город", направляя их на наши счета. Тем не менее на сегодняшний день большая часть Барнаула обслуживается по прямым договорам и, соответственно, по прямым расчетам. Если завтра у нас появится возможность забрать всех остальных, мы к этому готовы и непременно воспользуемся своим правом.

Что жителям не нужно — у УК не отбить

Корр.: Иван Данилович, как законопроект в случае его принятия отразится на нас, жителях города, и как на управляющих компаниях?

И.В.: Законопроект, который должны представить ко второму чтению, содержит два повода перехода на прямые договоры. Первый повод – это решение общего собрания жильцов, и в этом случае РСО не имеет права отказать собственникам. Второй повод и ранее был описан в законодательстве. Это расторжение договора с управляющей компанией по инициативе ресурсовиков при наличии двухмесячной задолженности, подтвержденной судебным актом. Однако, как показал наш опыт, переход на прямые договоры через расторжение договора, мы это называли силовым решением, нам не удавался никогда. Существуют определенные нюансы при вынесении судами решений по задолженности управляющих компаний. А потому эта норма и раньше была мертворожденной, и сейчас абсолютно ничего не поменяется. Что касается инициативы жителей. На мой взгляд, это тоже потенциально мертворожденный инструмент, поскольку жителям по большому счету все равно. А когда им не все равно, они меняют управляющую компанию. Менять способ взаимоотношений между двумя другими юридическими лицами им вроде бы как нет никакого резона. Поэтому мы не ожидаем в связи с принятием закона в нынешней редакции каких-то существенных подвижек с точки зрения количественных характеристик прямых договоров. Жителям это не нужно, отсудить два периода задолженности мы не сможем, соответственно, все останется по-прежнему и просто будет узаконена та конфигурация, которая на сегодняшний день существует.

Корр.: И все-таки переход на прямые договоры управляющим компаниям может быть выгоден?

И.В.: Вы знаете, те управляющие компании, которые хотели работать честно, в смысле не были заинтересованы в том, чтобы умыкать и пользоваться нашими деньгами по дороге, они давно перешли на прямые договоры, и с этим жилфондом мы работаем уже много лет. Эти компании не заинтересованы даже в транзитном прохождении чужих денег через свой счет. Тем более что они не получают никаких финансовых дивидендов ни с транзита, ни с работы с дебиторской задолженностью. Поэтому все, кто не был заинтересован в чужих деньгах, уже на прямых договорах. Те, кто заинтересован, их невозможно от этого отбить. Поэтому я так скептически и отношусь к столь мягкой форме перехода на прямые договоры по инициативе граждан. Уверен, это не будет работать.

Корр.: Сейчас огромные долги перед всеми ресурсоснабжающими организациями по всей стране. На конец прошлого года это был практически 1 триллион рублей, четверть долга – долги управляющих компаний. Может ли повлиять на данную ситуацию законопроект о прямых договорах?

И.В.: Нет, с учетом того, что ресурсоснабжающие организации на сегодняшний день лишены эффективного инструмента, чтобы реализовывать насущную потребность перехода на прямые договоры по своей инициативе. РСО не может с позиции силы, с позиции закона форсировать переход жителей на прямые договоры, начиная, безусловно, с тех самых проблемных мест, в которых есть потребность. Практически данный процесс отдан на откуп гражданам, которые в этом не заинтересованы. Для меня большая загадка, как в целом прямые договоры будут реализовываться нашими партнерами по ЖКХ, которые занимаются водой и теплом. На мой взгляд, этот законопроект для легализации в первую очередь "электрической инициативы" по прямым договорам, которая уже существует последние три-пять лет. То есть это легализация и никакая не инициация нового подхода. На мой взгляд, это лишь слабенькая полумера, но спасибо и на этом.

Беседовала Татьяна Гладкова.

Смотрите также

Комментарии

21.02.2018 14:38
Гость

Сейчас: деньги напрямую в бгэс, если звонишь в бгэс с проблемой, то отсылают в УК. Ну такие «прямые договоры» весьма выгодные бгэс. )))

Загрузка...
Войти     Зарегистрироваться
Имя